Понедельник, 10.12.2018, 03:45
Приветствую Вас Претенденты | RSS

Поиск

Мини чат

300

Музыка ветра

Наш опрос

Ваша любимая музыка
Всего ответов: 69

Фанфики

Главная » Статьи » Экшн

Миротворец. главы 6, 7

Глава 6

Серые тучи закрывали горизонт, не давая солнцу освещать землю. Они медленно плыли на восток, гонимые порывистым ветром, который старался угнать их подальше. Совершенно различные по форме, очертаниям, они были похожи на рваные подушки, которые прилепили к синему холсту. А неумелый художник, пытавшийся разрисовать их брюхи, мазками набросал где желтого цвета, где темно-серого, а где почти белого.
Погода хмурилась. Это было заметно по цветам, которые склонили свои головы к земле, поддаваясь ветру, по деревьям, шелестевшими листьями и создававшими мелодию природы, таинственную и загадочную, понять которую способен далеко не каждый. Чувствовался холод, который проникал под одежду и заставлял дрожать от его прикосновений.
Я шел по пыльной широкой дороге, изредка прикрывая глаза рукавом, чтобы мелкие камушки, поднимаемые ветром из-под ног, не попали в них. В руках, прижимая к себе, я нес небольшую черную коробочку с золотыми вставками по бокам и с причудливым орнаментом. Перед тем, как отдать ее мне, Наруто наложил тройную печать, тем самым не давая возможность кому-то еще открыть ее, кроме Райкаге. Сейчас я должен был беречь ее как зеницу ока и доставить к месту назначения без лишних происшествий. Но, что-то подсказывало мне, что это будет не так просто, и даже смертельно опасно. Может, поэтому Наруто поручил это нам, так как мы единственные, кто после встречи с фантомами, вернулись с миссии, отделавшись лишь легкими ушибами и царапинами. Но помня нашу «встречу», я не был уверен, что в этот раз мне повезет больше.
Саске шел следом, слегка шаркая ногами. После выхода из кабинета Хокаге, он не проронил ни слова. Его настроение было подобно настроению погоды, которая готова вот-вот излить на нас весь свой гнев, сталкивая тучи и создавая электрические разряды – молнии.
— И что, думаешь, нам удастся доставить этот чертов алмаз к Райкаге? – вдруг спросил меня Саске, отчего я даже на мгновение остановился. Его опасения не были безосновательными, так как напасть могли бы в любой момент. Он волновался, хотя и не хотел показывать этого, и я его понимал, так как сам прислушивался к каждому шороху и дуновению ветра.
— У нас нет выбора, — сказал я, тяжело вздыхая, — иначе начнется новая война.
На это младший что-то буркнул себе под нос и замолчал. Я посмотрел на него, но тот еще больше нахмурился и отвернулся. Он не хотел, чтобы я видел его таким: разбитым, подавленным, грустным. Хотелось подойти и обнять его, попытаться вселить в него частичку надежды, пусть даже мнимой, пусть совсем крохотной, но это, возможно, помогло бы ему поверить в себя и в свои силы. Но я не мог, потому что не знал брата. Теперь я боялся, что он оттолкнет меня, назвав дураком. А для меня этого будет достаточно, чтобы полностью ощутить свое одиночество.
Мы шли на смерть, не зная врага и не ведая, что будет. Наша задача была полностью ясна мне, но тяжела для выполнения.
Наруто, вызвав нас к себе, сказал, что от исхода ее зависит дальнейшая судьба Конохи. За эти пару минут я перебрал в голове тысячу вариантов нашей миссии, но ни одна из них не была даже приблизительно схожа с тем, что нам приказали сделать. Наруто, угрюмый и злой, стоял возле окна и смотрел вдаль. Мне показалось, что он за один вечер постарел лет на десять. Заходящее солнце бросало последние лучи на деревянные крыши домов, освещая их неровности и изъяны.
— Два дня назад, когда вы были на миссии, отряд АНБУ обнаружил в наших горах источник невероятной силы – алмаз, способный к масштабным разрушениям, — сказал он тогда, — его называют еще алмазом Тору (странник).
Я слышал про этот алмаз, но никогда не думал, что он существует на самом деле. Его мощь, по легенде, сравнима с мощью самого Рокудо, великого воина, жившего сотни лет назад. Именно он разделил когда-то десятихвостого и тем самым спас мир от его разрушительной силы, способной уничтожить целые страны. Алмаз — это достаточно серьезный источник энергии, который может преобразовывать любой вид чакры и давать возможность обладателю подчинять себе стихии.
— Значит, теперь у вас есть источник невероятной силы? – спросил я. Но Наруто не спешил отвечать. Он медленно постукивал по оконной раме двумя пальцами, выбивая какую-то мелодию.
— Нет, этот алмаз принадлежит Райкаге, правителю страны Молнии, — наконец сказал он. — Его похитили неделю назад, и теперь Совет Облака думает, что это сделали шиноби листа.
Теперь я стал мучиться вопросом: как же они могли незамеченными пробраться в деревню и подложить камень прямо возле Резиденции Хокаге, когда ее охраняют день и ночь лучшие шиноби? Наша система охраны считается одной из самых совершенных среди всех стран.
— Но это же бессмысленно, — брат был возмущен, — получается, что нас теперь и ворами называют?
— В любом случае, — перебил он его, — письмо от Райкаге я получил только что. В нем он требует вернуть алмаз, или же его армия придет за ним. Поэтому вам нужно будет отправиться в страну Молнии и доставить алмаз Райкаге, иначе начнется новая война, к которой мы пока не готовы.
Я понимал, в каком положении мы находились. С одной стороны подстава с Песком очень сильно может подпортить дипломатические отношения двух стран. Хокаге, конечно, может попытаться разобраться в этом, но он не может пойти наперекор законам и оправдать Песок без доказательств в обратном, не смотря на горячую дружбу с Казекаге.
С другой стороны Туман, который яро твердит одно и то же и обвиняет Коноху во всех грехах человечества. А теперь еще и Молния, готовая пойти на самый серьезный шаг в истории, чтобы снова заполучить алмаз. Это будет война на три фронта, и никто не уверен сейчас, сможет ли страна выдержать такой напор.
— Он пойдет на такой шаг? – с удивлением спросил Саске, на что Наруто коротко кивнул.
Я видел, что Хокаге не готов к такому. Он никогда не сталкивался ни с чем подобным, а тут на него взвалилось все и сразу. Волнующийся народ, дезертирство, опасность новой кровопролитной войны — все, как огромная волна, обрушилось на неопытного мальчишку. Когда-то Узумаки обещал, что сохранит мир любой ценой, но сейчас эта цена слишком высока, чтоб просто бросаться красноречивыми фразами. Как говорится в поговорке: «Хочешь мира – готовься к войне»
Теперь, идя по дороге, я вспомнил одну старую легенду, которую рассказал мне один из старейшин в Стране Снега. Некоторые глухие деревеньки никогда не слышали о Акацуках, поэтому принимали нас за простых путников. И в одной из таких деревень я и узнал легенды тех краев.
Четыреста лет назад, когда не было единого мира, а были только разобщенные кланы, жил на свете воин, который смог подчинить себе стихии ветра и огня. Это умение позволяло ему, даже не прикладывая особых усилий, сжигать целые деревни, разрушать замки одним лишь взмахом руки. Ветер стал его мечом, а огонь – щитом. Его прозвали Изаму, что значит храбрый воин. Сила его была настолько велика, что многие поклонялись ему, как Богу, веря в его неземное происхождение. Поговаривали, что он мог перемещаться из одного места в другое в мгновение ока, его невозможно было убить обычным оружием, так как раны заживали моментально. А глаза его, подобно солнцу, горели ярким светом, освещая правдой черную землю ненависти и войны. Там, где появлялся этот человек, прекращались войны и стычки, воцарялся мир и гармония. У Изаму было два сына. Одного звали Мэзуйо(увеличивающий мир), а второго Кэзуо (гармоничный). Эти сыновья получили лишь часть его силы. Первому сыну досталась сила огня, которая стала потом одной из самых сильных стихий, сжигающей все вокруг. Второму же – сила ветра, которая создавала ураганы и разрушала целые деревни, превращая их в ничто. Мезуйо знал, что с такими возможностями можно было захватить мир, сделать его своим и править, как Бог на Земле. Кезуо же верил, что только гармония может дать истинный мир и процветание всему.
Изаму, видя, что его идеи защиты мира разделяет только младший сын, на смертном одре запечатал свою силу в алмазе и отдал его Кезуо. Но старший сын не принял такого. В ярости, он напал на брата, и в жестокой битве алмаз был утерян. И сотни лет никто не знал его местонахождения.
После этого братья разделились, каждый из них пошел своим путем. Мезуйо пошел по темной тропе, жаждая власти над миром и полного господства, а Кезуо – по светлой, желая лишь мира и процветания. Так из одной могущественной ветви образовались две – клан огня и клан ветра.
Эта история скорее миф, чем правда. Я всегда считал ее сказкой, и даже сейчас, держа в руках коробочку с алмазом Тору, я не сильно верил во все это.
— Ты сейчас думаешь, о том же, о чем и я? – младший вывел меня из раздумий.
— Смотря, о чем ты думаешь, — спокойно ответил я, поправляя ремень ножен, который висел через плечо и сполз набок.
— О легенде про клан огня и ветра, мне Орочимару когда-то рассказывал ее. В ней говорится и про этот алмаз.
Я кивнул. Орочимару, видимо, тоже знал ее, и думаю, пытался разыскать камень с такой энергией. Его всегда тянули только две вещи – сила и таинство. Здесь было и то и другое, поэтому он проболтался даже моему брату, в предвкушении отыскать его.
— Значит, это все правда? – в недоумении спросил брат, но я только пожал плечами.
— Не стоит верить всему, что говорят. Возможно, сила этого алмаза преувеличена, так как никто пока не смог открыть его и выпустить энергию. Наверное, все это просто приукрасили за долгие годы пересказа истории.
И я действительно склонялся к тому, что его сила в большей степени выдумана. Возможно, у нее есть особенные свойства, но не такого масштаба.
— Тогда почему Райкаге готов начать войну за него? – младший не отставал. Райкаге всегда был слишком темпераментным.
— Не знаю, — выдохнул я, — возможно, он верит во все это.
Мы прошли лес и вышли к обрыву, который тянулся на несколько километров. Это была уже не территория страны Огня, поэтому следовало быть более осторожными. Через овраг был перекинут деревянный мостик, который держался на старых веревках. Половина досок уже сгнило, но остальная могла еще выдержать пару человек.
— И почему мы пошли по этой дороге? – буркнул Саске, скептически осматривая мост.
— Здесь меньше шансов, что нас найдут, — сказал я, — тем более так приказал Хокаге.
— Я думаю, они нас найдут в любом случае, даже если бы мы под землей ползли.
Я посмотрел на брата и нахмурился. Да, Наруто думает, что так у нас больше шансов пройти незамеченными, но враг мог продумать все ходы и уже поджидать нас здесь. Тем более, я совершенно не знал, как они будут действовать.
— Пошли, — бросил я и направился к мосту, который уже трещал от напора ветра. Саске поплелся за мой, тихо матерясь. Нельзя было применять чакру, чтобы не выдать себя. Это было очень проблематично, так как мост был совсем старым.
— Наруто похоже решил нас угробить вместе с этом алмазом, — бурчал Саске, осторожно наступая на доски, которые скрипели и готовы были вот-вот сломаться.
— Я удивлен, что он отправил тебя на такую миссию, — не выдержал я, — или сам напросился?
Саске же на это ничего не ответил, поэтому я решил больше его не доставать. Уже на середине моста я остановился, почувствовал какую-то тревогу. Стало совсем тихо, даже птицы, которые совсем недавно щебетали над нашими головами, стихли. Ветер перестал порывами пытаться развалить мост, а время над нами словно остановилось.
— Что за хрень? – с беспокойством спросил Саске и осмотрелся.
— Осторожно, — я остановился, когда увидел на той стороне оврага две тени. — Они здесь.
Саске тут же дернулся назад. Но движение было слишком резким, поэтому доска, что держала его, не выдержала и, треснув, разломилась напополам. Нога Саске провалилась, и мост сильно закачался.
— Твою мать, — зашикал Саске, пытаясь подняться. Тем временем я попытался применить чакру, чтобы вытащить брата и уйти с этого моста побыстрее, но понял, что не могу. Оставалось времени совсем мало, и я знал это. Быстро схватив брата за майку, я рывком вытащил его на мост, пока остальные доски не сломались под его тяжестью, а они уже трещали во всю, отчего сердце мое стало бешено стучать. Пару неловких движений – и мы упадем в бездну. Повернув голову, я посмотрел на фантомов, которые ожидали нас.
— Какие жалкие людишки, — захихикал женский голос, — вы не достойны даже дышать этим воздухом, не то, что жить.
Я узнал голос своей знакомой. Это были те, кто напал на нас три дня назад. И я знал, зачем они здесь – им нужен алмаз. Положив коробочку в дорожную сумку, я стал наматывать веревки от перил на руки, чтобы удержаться. Они попытаются припугнуть нас, а когда мы никак не отреагируем, то сбросят вниз, чтобы затем забрать алмаз без лишнего шума. Саске последовал моему примеру, зная, что убежать с моста мы не успеем.
— Тебе не хватило прошлого раза?! – крикнул я, чтобы меня услышали. Я хотел их подзадорить, чтобы они не чувствовали наш страх.
— Прошлого раза? – Саске в непонимании уставился на меня. Но объяснять ему не было ни времени, ни желания.
— В тот раз тебе повезло, смертный, — сказал уже мой знакомый Маркус, стоя позади девушки, — но два раза повезти не может.
— Мы все равно убьем вас, — сказала тень и засмеялась, — но если отдадите нам коробку, то мы сделаем это быстро, и вы даже ничего не поймете. А тебя, Учиха-старший, я, может быть, оставлю жить и сделаю своим рабом. Ты будешь целовать мои ноги и молиться, чтобы я не перерезала тебе горло.
Вот это предложение. Не думал, что мне выпадет такая честь. Но я отрицательно помотал головой, понимая, что она обращалась ко мне. В прошлый раз эта девушка тоже хотела оставить меня жить.
— Обойдусь, — сказал я, — такая работка меня не устраивает. Предложи это своему дружку, думаю, он согласиться.
Я, похоже, разозлил его, потому что Маркус зашипел.
— Тогда, — он поднес свою руку к веревкам, — умри!
Тут я увидел, что перила загорелись, и огонь моментально стал распространяться по мосту. Я понимал, что медлить нельзя.
— Саске, держись. — шепнул я и, быстро достав катану, перерубил веревки, поддерживающие мост, тем самым не дав огню достичь нас. Деревяшки тут же развалились, а часть моста, которая еще держалась, рухнула вниз, ударившись о скалу. От такого удара я чуть не упал и, посмотрев вниз, увидел там бушующею реку.
— Брат, — крикнул я, кое-как удерживаясь за старые доски, — давай лезь вверх!
Саске тут же стал подниматься вперед, а я тем временем посмотрел на другую сторону оврага. Тени все еще стояли там, значит, они не могли перебраться через такую пропасть. У нас был шанс.
Осторожно поднимаясь по лестнице, я обдумывал наши дальнейшие действия, но, не зная врага, это было сложно сделать. Они блокировали меня, мои движения становились медленными и немного грубыми, а чакру я даже не чувствовал.
Уже почти взобравшись, я увидел, что Саске стоял наверху, не двигаясь. Меня это насторожило.
— Саске, что с тобой? – крикнул я, но брат только махнул мне рукой, отчего я остановился. Тут он резко исчез с моего поля зрения. Не понимая, что происходит, я посмотрел на ту сторону и увидел, что фантомов уже не было.
Значит, они все-таки преодолели пропасть…
— Эй, ты, Итачи! – крикнул мне Маркус, когда я поднялся наверх. — Ну что, будем теперь договариваться или как?
Он стоял, прикрываясь моим братом. Зажав тому руку, чтобы не шевелился, фантом приставил нож к его горлу. Меня накрыла невероятная злость и волнение, отчего я еле сдерживался, чтобы не послать его к черту и не двинуться вперед в лобовую атаку на смерть. По его кинжалу снова разливалась какая-то особая энергия, но теперь она была уже не бледно-голубого, как в прошлый раз, а красного цвета. Такая перемена меня насторожила, отчего я пока не решался нападать. Достав катану, я приготовился к атаке. Ее лезвие блеснуло на солнце, которое на мгновения появилось из-за хмурых туч.
— Единственное, что сдерживает нас – это катана Смерти, — сказал Маркус, сжимая руку брата еще сильнее, отчего тот дернулся, — если бы не она, ты бы давно отправился к праотцам.
— Именно поэтому ты и торгуешься, не так ли? – сказал я холодным тоном, внимательно следя за ним и его барышней.
— Не льсти себе, — с раздражением бросила девушка, — мы блокируем твою силу, поэтому в твоих руках она просто железка.
— Неужели? – с сарказмом спросил я, видя, что она даже не пытается напасть на меня. — Тогда почему же ты до сих пор не убила меня? Почему держишься на расстоянии? Может, потому что подойди ты ближе, и я заблокирую твою силу?
Я заметил, что фантом тут же осеклась и немного отошла назад.
— А ты смышленый, — сказал Маркус, — только это не поможет тебе, когда начнется война.
— Я не допущу ее, — с раздражением бросил я, соображая, как лучше и менее болезненно освободить брата из цепкого захвата.
— Это уже вопрос времени, — сказал он, сильнее прижимая кинжал к горлу Саске, — так что отдай нам алмаз или твой брат будет убит.
Передо мной стоял тяжелый выбор. Я мог бы отдать им алмаз и быть уверенным, что Саске будет освобожден, так как вряд ли они пойдут против меня с этой катаной в руках. Но с другой стороны, если я отдам им коробочку, то начнется новая война, которую ни в коем случае не хотел допустить. Да и сила этого алмаза, похоже, не такая маленькая, как я себе представлял, раз миротворцы послали за ним охотников.
— Не отдавай этим ублюдкам ничего! – крикнул Саске и снова дернулся, но фантом тут же ударил его в живот. Брат закусил губу и тихо простонал.
— Итачи, ты же понимаешь, что ситуация уже не принадлежит тебе,— сказал снова фантом, — отдай алмаз, и мы уйдем, не тронув ни тебя, ни твоего брата.
Понимание этого заставляло меня идти на крайний шаг. Что мной управляло – разум или чувства, я не знал, но моя рука уже потянулась за сумкой и тут же застыла на полпути.
— Но прежде, — я посмотрел на него холодным и равнодушным взглядом, — ответьте мне на один вопрос.
— Какой? – спросил Маркус, немного удивившись такой резкой смене темы. Я слегка улыбнулся, хотя это было больше похоже на оскал. Я чувствовал, что во мне что-то меняться и какая-то звериная сила высвобождается наружу.
— Вы воины огня?
Похоже, такого фантомы не ожидали. Маркус даже слегка ослабил хватку, что мне было и нужно.
— Считай, что мы их посланники, — сказал он, наконец, после паузы, — мы те, кто предвещает их приход.
В этот момент я снова почувствовал прилив сил, мое тело словно двигалось само по себе, управляемое невидимым кукловодом. Я резко рванул к нему и, подпрыгнув, со всего размаху прошел лезвием насквозь чуть ниже ключицы. Маркус тут же перестал удерживать брата и схватился за рану. Саске мгновенно почувствовал свободу и, оттолкнув фантома, подбежал к обрыву. Это было только мгновением, но мне хватило, чтобы переключиться на девушку. Резко повернувшись, я замахнулся и прошелся по ее животу, разрывая кожу и выпуская кровь. Она тут же согнулась и, вскрикнув, прикрыла рану рукой.
Мое тело само, словно под управлением, развернулось и, пока фантомы на долю секунды замешкались, я толкнул брата со скалы, при этом прыгнув сам. Это был единственный способ уйти от них.
— Нет! – услышал я крик, но мне было уже все равно. Летя в темноту, я верил, что мы выживем, потому что два раза везти не может. За нами кто-то присматривал, я был уверен в этом.
Оказавшись в холодной воде, я словно отрезвел и, оттолкнувшись от дна, об которое чуть не разбился, я выплыл наверх. Поток воды сносил меня куда-то, но сил у меня было мало, поэтому я не противился течению. Саске барахтался возле меня, крича:
— Ты псих, Итачи, ты просто сумасшедший! Нам повезло, что мы не разбились об подводные камни.
— Значит, — сказал я, пытаясь не нахлебаться воды, которая все время била мне в лицо, — не судьба нам сегодня сдохнуть.
Потоком воды нас несло вперед, но я не знал куда. Об этой реке я никогда ничего не слышал, но мне было и не важно, куда она выбросит нас, главное пока мы были в безопасности. Если тот мальчик был прав, и катана действительно может ранить этих фантомов, то сейчас они не будут искать нас. Это был шанс понять, что же происходит на самом деле.
Я не знаю, как долго мы плыли, час или два. Но мое тело все закоченело, а руки перестали слушаться. Я посмотрел на Саске, который был уже почти синим, и немного испугался за него. Мы так могли легко замерзнуть, но овраг все не кончался. Держась за толстую ветку, которую я схватил во время плавания, я закрыл глаза и попытался подумать о тепле. Солнечный свет освещал комнату, в которой я делал свои уроки. У меня всегда были открыты окна, так как я никогда не любил духоту. Лучики падали на ковер, освещая его, игрались с моими карандашами, которые глупый младший брат рассыпал на полу и так не убрал. Я просил его на заходить в мою комнату, а играть в своей, но он упорно отказывался меня слушать. И вот сейчас какое-то мутное воспоминание детства всплыло из моей побитой памяти.
— Аники, аники, — Саске прибежал ко мне и, забравшись на кровать, стал прыгать, словно это был батут. Естественно, ему было все равно, что я занят уроками. — Поиграй со мной!
Я опустил голову и театрально вздохнул, понимая, что от младшего не возможно было отвязаться. Он тогда ходил за мной и очень долго и упорно ныл, пока я не соглашался поиграть с ним.
— Саске, я занят, — все же попытался я, делая серьезное лицо. Но младший совершенно не слушал меня. Он спрыгнул с кровати, и, подбежав ко мне, стал тянуть меня за майку.
— Давай, давай, пошли! – хихикал он, все время дергая кусочек ткани. Он знал, что так точно сможет достать меня, и мне пришлось быстро сдаться в плен.
— Ну, хорошо, — с показным неудовольствием сказал и я поднялся. Саске обрадованный, тут же бросился ко мне и обнял за талию своими маленькими ручонками, так как выше он не доставал.
— И во что будем играть? – спросил я, когда Саске три раза прокричал, как он меня любит. Младший поднял на меня глаза, полный счастья и восторга, и запрыгал на месте.
— В прятки! – закивал он и тут же выбежал из комнаты. — Досчитай до десяти и ищи…. – услышал я из коридора. Затем Саске пулей вылетел на улицу и громко хлопнул дверью, чтобы я не подсматривал. Я со скучающим видом постоял в комнате какое-то время, а затем направился на улицу. Погода была прекрасная. Летний день был в меру теплым, легкий ветерок играл с волосами, пробегал по листьям цветов, которые мама насадила на заднем дворе, и исчезал в деревьях. Я осмотрелся и, пройдя немного вперед, заметил свою маленькую головную боль. Саске прятался за деревом, наивно полагая, что там я его не увижу. Он изредка выглядывал из-за ствола, проверяя меня, а я делал вид, что в упор не вижу его. Решив сделать ему сюрприз, я пошел в сторону, якобы думая, что он будет в другой части двора. Тем временем Саске расслабился и даже смахнул пот с лица.
— Фуф, не заметил, — сказал он и тут же я появился сзади него. От неожиданности, младший повернулся и поднял руки. В тот момент он был таким милым и смешным, что я тихо засмеялся. Саске тоже заулыбался и прижался ко мне.
— Ты самый лучший брат! – сказал он. — Ты так быстро нашел меня.
Я присел на корточки и погладил его по волосам, но Саске не любил этого, поэтому снова из гладкой прически сделал себе бум на голове.
— Я когда-нибудь спрячусь так, что ты никогда не найдешь меня, — сказал он, хихикая.
Ветер рванул сильнее, унося листья прочь.
— Я все равно найду тебя, — сказал я, целуя того в лобик, — найду…
Я найду тебя, Саске, найду… Найду… Эти слова крутились в моей голове, когда разум стал отключаться и сознание готово было вот-вот оборвать связь с реальностью. Когда, наконец, нас прибило к берегу, я еле вывез из воды и ту же упал на землю. Она была холодная, сырая, но для меня это было совсем не важно. Саске тоже рухнул возле меня, весь дрожа.
— Алмаз... у тебя… — он еле мог говорить. Дрожащей рукой я пощупал сумку и убедился, что коробка в ней.
— Да, — кивнул я и сжался на земле, борясь с неистовой дрожью. Темные тучи на небе никак не уходили, а от сильного ветра сжимало голову.
— Я знал, что смогу положиться на вас, Итачи-сан, — тишину пронзил знакомый голос, и я с трудом повернул голову. Передо мной стоял тот самый мальчик и смотрел пронзительным взглядом, который проникал в самую душу.


Глава 7


Закат. Он всегда привлекал меня, заставляя трепетать перед его красотой. Заходящее солнце, бросая последние грязно-желтые лучи на кроны деревьев, уходило за линию горизонта. Темное небо окрашивалось в алый цвет. И казалось, где-то там наверху, идет война между светом и тьмой, и кровь воинов разливается по черной глади, освещаемой ярким диском. А белые облака, подвешенные к небу, подставляют свои бока, чтобы впитать в себя красную жидкость и стереть ее с черного холста.
Так красиво смотреть на это и понимать, что никакой войны нет. Когда эти облака всего лишь водяная масса, превратившаяся в осколки льда где-то там высоко-высоко. И они всего лишь плывут, гонимые ветром, и спешат куда-то вдаль, уходя за горизонт. Но сейчас я чувствовал, что закат предвещает нам что-то страшное и невероятно тяжелое.
Я с трудом приподнялся с сырой земли, чтобы получше осмотреть моего знакомого. Он не изменился: все та же теплая одежда, те же короткие черные волосы и пронзительный взгляд чистой воды. Но не был удивлен, что он пришел сюда, так как он все время наблюдал за нами.
— Итачи… — голос Саске дрожал, — ты его знаешь?
Я никак не мог оторвать от мальчика взгляд, настолько сильно он притягивал меня. Эти глаза... невероятная сила скрыта в них, мощь, которой я не осознавал. Я кивнул брату, тем самым отвечая на его вопрос. Воин улыбнулся мне, а затем перевел взгляд на младшего. Тот все так же лежал на боку, слегка приподняв голову. Он, как и я, был весь мокрый, а с волос капельками стекала вода. В моей голове промелькнула мысль, что он слишком бледен.
— Саске, так? – спросил он его, от чего глаза моего брата округлились, как тарелки. Он же не знал этого мальчика, поэтому был крайне удивлен, когда тот сказал его имя, но меня это ничуть не смутило. После нашего прошлого разговора, я понял, что этот мальчишка знает о нас если не все, то очень многое.
-Откуда ты зна… — хотел было спросить Саске, но тут громкий крик порвал тишину, эхом разносясь по оврагу. Это было странно, даже я бы сказал неожиданно. Резко повернув голову, я стал напряженно всматриваться в тот берег, об который бились волны бурной реки, но ничего особенного не замечал. Мальчик так же посмотрел туда и через мгновение сказал:
— Нужно уходить, они скоро настигнут нас.
Я посмотрел на него с непониманием.
— Но я же их ранил, они же не могли так быстро восстановиться. Ты сам говорил… — мой голос все еще дрожал от холода, хотя я уже почти справился со слабостью.
— Это другие, — перебил он меня, всматриваясь в дальний горизонт, — те будут убиты за невыполнение приказа.
Я нахмурился и снова посмотрел на тот берег. Конечно же, ведь есть же не только эти двое, наверняка алмаз для них очень важен, поэтому послали подмогу. Но тогда для нас это было крайне тяжело, так как без чакры я чувствовал себя беззащитным ребенком. Даже если бы я смог отбиться от них катаной Смерти, то ранения, нанесенные фантомами, просто так невозможно залечить.
— Что? – Саске с непониманием смотрел на меня. Я молчал, зная, что от нас не отстанут, тем более, когда ранены их люди. Нельзя было медлить и отсиживаться здесь, иначе мы могли бы и не прийти с этой мисси.
Поднимаясь, я почувствовал, что силы стали возвращаться ко мне.
— Нужно уходить, — сказал мальчик, помогая мне, — нас быстро найдут так, но алмаз не должен попасть к ним, иначе будет много проблем.
Я понимал, о каких проблемах идет речь, поэтому, коротко кивнул ему в знак согласия.
Саске тоже попытался подняться, то тут же скривился и, прижав ладонь к животу, со стоном опустился на землю. На его майке образовалось багровое пятно, а ладонь, которую он прижимал к ней, стала красной.
— Черт, – выругался брат, пытаясь снова подняться. Он явно не хотел признавать, что теперь не был в состоянии нормально передвигаться.
— Он ранен, — констатировал факт мальчик, что меня немного задело, — его нужно оставить.
— Нет, — я подошел к Саске и присел на корточки, — я понесу его.
— Но это будет тормозить нас. Мы не можем… — начал оправдываться мальчик, но я резко перебил его, дабы отбить всякое желание говорить подобное.
— Я сказал, что понесу его. Если они нас настигнут — заберешь алмаз и уйдешь.
Я не собирался оставлять брата, ни при каких обстоятельствах. Даже если мне пришлось бы сражаться с сотнями таких фантомов — я не побоялся бы это сделать. Значимость этого камня не шло ни в какое сравнение со значимостью жизни отото, поэтому сама мысль о том, чтобы бросить его здесь, злила меня неимоверно.
Я подошел к Саске, но тот, пытаясь подняться, стал махать рукой.
— Не надо, Итачи, — говорил он тихо, — я сам пойду. Это просто царапина.
— Мы теряем время, — мальчик с беспокойством оглядывался.
— Хорошо, — я понимал, что Саске слишком горд, чтобы показывать свою слабость, поэтому настаивать не хотел. Ему нужно было перевязать рану, пока он не потерял много крови. Мальчик сказал, что нужно только добраться до старой деревушки, и потом нас уже никто не тронет. Но это было проблемно, так как до нее было довольно далеко, а фантомы были слишком быстрыми. Я боялся, что Саске может не дотянуть.
Мы отправились в путь немедленно, чтобы не терять времени. Моя слабость уже прошла, хотя полностью я восстановиться не успел. Перед глазами иногда появлялись яркие точки, смещались предметы и расплывались, как потекшая картинка. Но я не жаловался, иногда лишь встряхивая головой, чтобы не дать сознанию отключиться.
Но Саске с каждой минутой становился все бледнее и слабее. Он начал тормозить, спотыкаться о каждую веточку, все время придерживая рану старой тряпкой, которую дал ему мальчик. Но легче ему не становилось, что меня очень беспокоило. Обычно шиноби используют чакру для лечения легких ранений, как эта, например, но сейчас Саске почему-то не мог вылечить ее. Я знал, что пока мы от фантомов далеко и внутренняя энергия все еще циркулирует по телу, поэтому заживить раны можно. Вопрос в том, а как брат получил эту рану?
— Саске, — я прыгнул к нему поближе, чтобы поговорить, — как ты?
— Нормально, — он еле выдохнул это слово и скривился.
Я знал, что ему сейчас было далеко не нормально, но он ни в какую не хотел принимать мою помощь. Принципиальность – его основная черта, и порой она мешала здравому смыслу.
— Эти суки меткие, — сказал он после паузы, перепрыгнув на другую ветку. Я с удивлением посмотрел на него.
— Это фантомы тебя так? – я в упор не помнил, как Саске успели нанести это ранение, — но когда?
Саске стал тяжело дышать, а тряпка была уже вся в крови. Он перепрыгнул на очередную ветку и остановился, прислонившись к шершавому стволу дерева. Я остановился рядом.
— Да, когда я прыгал, один из них… — Саске согнулся, — бросил кунай или что там у них и попал…
Когда мы прыгали, я действительно заметил какой-то блеск, но подумал, что это моей сознание уже рисует мне всякие небылицы. Я даже не думал, что это мог быть кунай – слишком быстро он пролетел.
— Саске, я понесу тебя, — сказал я решительно. Я был готов хоть сейчас взвалить брата на плечи и потащить к черту на куличку, но тут почувствовал какую-то тревогу. Я уже знал это чувство, оно предвещало появление наших знакомых.
— Они уже здесь, — сказал мальчик, всматриваясь в темноту леса. Я снова перестал чувствовать свою чакру, а тело мое опять не хотело четко подчиняться приказам мозга. Как они умудрялись блокировать энергию, я не знал, но это делало нас легкой мишенью.
Саске тихо простонал и опустился на колени, похоже он держался на ногах только при помощи чакры. Теперь же, когда силу нашу блокировали, он больше не мог стоять.
Тут что-то кольнуло в груди, и чувство опасности нахлынуло на меня, как волна.
— В сторону, — крикнул мальчик, когда передо мной промелькнули ножи. Я сумел отклониться и, захватив с собой Саске, перепрыгнул на другую ветку. Мальчик резко дернулся назад и достал катану. Она была похожа на мою, только немного проще в отделке, и по лезвию ее были так же проведены полосы для потоков чакры.
— Итачи-сан, будьте готовы, я задержу их, а вы бегите на север, как и договаривались.
— А ты справишься? – я не был уверен, что такой мальчуган это сможет.
— Конечно, — кивнул мальчик, и слегка мне улыбнулся. Я понял, что у нас еще есть шанс, хотя очень маленький. Уже готовый уйти я сделал шаг, как вдруг совсем рядом от меня промелькнули яркие огни, которые мгновенно взрыли землю сильнейшим ударом, ломая деревья. Меня с братом откинуло в сторону и завалило ветками, а уши мои, на какое-то время перестали слышать и воспринимали только отдаленные гулы.
— Что это? – я тут же сбросил с себя сломанные ветки, и осмотрелся, пытаясь определить источник опасности. Но как бы я не старался – без чакры я был бессилен. Это злило.
— Это диски Саги, — сказал мальчик, который прыгнул ко мне, — атака дальней дистанции.
— Значит, фантомы еще не здесь, — я всматривался в черноту лесной чащи. Пока солнце еще не зашло, я мог хоть как-то ориентироваться.
— Они опасаются, поэтому близко не подходят. Наверное, те охотники рассказали о мече Смерти, — сказал он, осматриваясь, — это наш шанс, нужно уходить вам, еще две такие атаки и вы трупы.
Я кивнул и, взвалив на себя чуть живого брата, прыгнул на ветку, но с трудом мог держать равновесие. Я не привык сражаться без чакры, а теперь все мои техники, силы и умения к черту не были нужны. Не зная врага, не зная его атак и действий, далеко ли убежишь на своих двоих, без сил и с раненным братом? Это завело меня немного в тупик, но сдаваться было нельзя. Мне вдруг вспомнился Наруто и его слова, которые он сказал мне во время моего ареста: «Нельзя никогда сдаваться. И даже когда надежды уже нет, ты должен бороться до самого конца». Мне всегда казались его поступки детскими и немного идиотскими, но я ошибался. Он жил в своем мире и верил, что добро есть, его просто нужно найти и показать всем. Он верил, что выход есть и тот, который нужен тебе, пусть даже сначала кажется, что выбора нет. Наруто знал, что мир можно изменить. Поэтому сейчас, вспоминая этого голубоглазого блондина, хочу поверить в его слова и в свои никчемные сейчас силы.
Новые огни заставили меня отпрыгнуть, чтобы не попасть под удар взрывных дисков, но ударная волна откинула меня назад, и я со всей дури впечатался в дерево, даже не успев толком среагировать на атаку. Я стал замечать, что в их приходом блокируются не только каналы чакры, но сами действия становятся медлительнее, а чувство опасности притупляется. Саске отлетел в сторону от меня, и все еще без сознания, ударился о дерево и упал на землю.
Я понимал, что каждая секунда стоит нам жизни, поэтому преодолев боль, вскочил на ноги и подбежал к нему. Тело стало еще хуже слушаться меня, но я уже не придавал этому значения. Нужно было уходить и быстро, иначе я мог не успеть. Нет, я боялся не за свою жизнь, меня больше волновала жизнь Саске и его ранение.
Я уже дернулся, чтобы поднять брата, но тут кто-то сзади резко пихнул меня в плечо. Я перевернулся от неожиданного удара, и хотел было достать кунай, как тут мое горло оказалось в тисках врага. Я поднял глаза и увидел перед собой фантома в черном одеянии, капюшон которого закрывал лицо. Но не глаза… эти пытающие огнем яркие точки смотрели на меня, пытаясь залезть в самую душу. Я видел перед собой не человека, а настоящего демона, пришедшего из преисподни. Какое-то странное чувство страха прокралось ко мне, не давая здраво мыслить. Отчего я так и не достал кунай, а сжал кисть фантома, пытаясь хоть как-то ослабить хватку.
— Все еще пытаешься убежать? – его голос был грубый, низкий и тяжелый, словно он говорил через какую-то маску. Я одной рукой все так же отчаянно пытался освободиться, а второй придерживал сумку, где лежал алмаз.
— Жалкие людишки, вы не можете противостоять нам, — снова сказал он, отчего мне захотелось плюнуть ему в лицо, — Отдай алмаз и может, останешься жить.
Нужно было достать катану и сражаться, но я не мог даже пошевелиться. Мое тело стало деревянным, рука словно приросла к его кисти в попытке освободить горло от тисков, воздуха стало катастрофически не хватать, отчего я начал ловить его ртом, как рыба, выброшенная на берег. У меня была сила, но я не мог воспользоваться ей.
Но вдруг неожиданно на меня брызнула кровь, и капли ее потекли по лицу, оставляя красные дорожки. Фантом все еще держал меня, когда его плоть пронзил острый меч. Лезвие его остановилось в нескольких миллиметрах от моего лица, и тут же подалось назад. Хватка стала слабеть. Я чувствовал, что воздух, такой долгожданный и нужный, стал свободно проникать в легкие и насыщать их кислородом. Но я не сразу понял, что произошло.
— Ты не убьешь меня, — вдруг заговорил фантом, ослабляя хватку, — иначе нарушишь договор.
Но голос убийцы был холоден, как лед.
— Его уже нарушили.
Резко катана вышла из груди фантома и лезвие, блеснув в последних лучах заходящего солнца, промелькнуло возле его головы. Прошло лишь мгновение смятения и ожидания, прежде чем его голова дернулась и упала вниз, а обезглавленное тело рухнуло на зеленый ковер травы.
Мальчик посмотрел на меня и быстро вложил катану в ножны. Его глаза так же светились, но этот свет был ярче, чем обычно.
— Уходим, — сказал он мне и, подхватив моего брата, прыгнул на ветку, — живее.
Мне не нужно было повторять дважды. Я тут же поднялся и, вскочив на ветру, последовал за мальчиком. Меня удивляло, что он такой, — с виду небольшой и не слишком сильный, без проблем тащит на себе взрослого парня.
Солнце уже зашло за горизонт, слегка освещая полоску неба над самой зубчатой чертой. Кое-где начали появляться звезды, похожие на маленькие бриллианты, подвешенные к черной ткани. Кое-где чернели облака, но их было совсем мало, так что небо можно было назвать относительно ясным. Но луна еще не появилась, поэтому в глуши леса было совершенно темно. Мне пришлось применить шаринган, поскольку чакра уже вернулась ко мне, чтобы не впечататься в дерево, но мальчику похоже было все прекрасно видно, так как его движения были четкими и уверенными.
Не знаю, какое расстояние мы преодолели, прежде чем он остановился. Я посмотрел вверх и увидел, что луна уже вышла из-за тучи и теперь освещала перед нами поляну. Это был конец леса, а дальше шло поле, за которым был холм. Мальчик сказал, что нам нужно туда, так как за ним и располагалась деревня.
Спрыгнув с ветки, мы пошли пешком. Я все время смотрел на брата, который все еще был без сознания.
— Тебе не тяжело? – спросил я мальчика, но тот даже не повернул голову.
— Нет, — сказал он, — он не тяжелый. Несмотря на мой детский вид, я довольно силен.
Я посмотрел на него внимательнее, возможно, он использовал чакру, чтобы тащить брата, и я был ему благодарен, так как моя слабость все еще не прошла.
— Ну, так ты и есть ребенок, — пожал плечами я, но что мальчик хмыкнул.
— Ну, да вы правы, мне всего-то пятьдесят лет.
От такой цифры на секунду притормозил.
— Сколько? – не поверил я своим ушам. Получалось, Цунаде-сама старше его всего на несколько лет. Да, он хорошо сохранился, не спорю.
— Пятьдесят, — повторил он спокойно, — у вас это примерно двенадцать лет.
— Хм, не думал, что вы так долго живете, — сказал я, не совсем понимая сути. Получалось, что у них там совсем другие рамки жизни.
— Это все из-за мгновенной регенерации. Именно из-за нее нас нельзя убить обычным оружием.
Про него я слышал в легенде о Изаму, но не верил в то, что такое может быть на самом деле. Это было невероятно. Орочимару всегда хотел себе такую силу, поэтому, будучи в Акацуки, пытался найти клан ветра. Я помню, он как-то проболтался на этот счет, но я тогда вниманию это не придал.
— Значит, из-за этого вы живете по двести лет? – с долей сарказма спросил я.
— О, больше, гораздо больше, — сказал мальчик и усмехнулся, — как минимум лет триста, хотя на войне бывает всякое. Я ее слава богу не застал.
Я слегка нахмурился. Получалось, что война столетней давности, описанная в свитках нашей семьи, правда. И Мадара тогда сам лично видел эти кланы, даже пытался примкнуть к одному из них. Вечная погоня за властью всегда двигала его вперед, но почему у него ничего не вышло? Это была для меня загадка.
— Кстати, ты мне так и не назвал свое имя, — сказал я после паузы.
Мальчик тихо вздохнул, поправив висевшего у него на спине Саске, чтобы тот не упал, и ответил:
— Синхель.
— Странное имя, — сказал я, — такое необычное. Первый раз слышу его.
— На нашем языке это означает вода, — добавил он и, остановившись, осмотрелся. Но вокруг была лишь тишина и мрак.
— На вашем языке? – с недоумением спроси я, чувствуя себя каким-то необразованным чурбаном.
— Наш язык называется сахат. Это древний язык монахов-воинов, живших здесь еще с начала времен. На нем написаны все священные книги, а так же самая главная книга — Книга Мудрости.
— Хм… Что еще за книга? – спросил я, еще больше поражаясь своей неосведомленности. Я думал, что прочитал много свитков, но сейчас вся информация в них стала просто бесполезной.
— В ней описывается начало жизни, — продолжил мальчик, — ее происхождения, рассказывается о всех Богах. Она есть источник всех знаний на земле, вся истина таится в ней. И далеко не каждый может прочитать то, что в ней написано.
— Почему? – с недоумением спросил я.
— Не каждому дано познать все тайны мира.
На этом Синхель замолчал, а я коротко кивнул головой и ничего не ответил. Мы прошли поле и, поднявшись на холм, осмотрелись. Передо мной раскинулась равнина, а внизу стояло всего несколько домиков. Они были уже довольно старые, кое-где совсем обветшалые. Черные заборы покосились от ветра и времени, заброшенные сады выглядели угрюмо и одиноко в скупых лучах полной луны. И только пару из домов показались мне новыми, совсем недавно построенными. Именно там горели в окнах огни. Это и была та деревня, о которой говорил мальчик. Мы спустились с холма и прошли по дорожке. Синхель подошел к одному из домов, где еще горел свет и постучал три раза. Дверь быстро открыли, и в проеме показалось миловидное личико девушки. Она была очень симпатичная, я бы даже сказал красивая. Глаза ее, как изумруды, смотрели на нас с тревогой. В моей голове пролетела мысль, что где-то я их уже видел, но не мог вспомнить где. У меня было много красавиц, прекрасных куртизанок, но такого взгляда я не помнил.
— Это они, — коротко сказал Синхель, и девушка, кивнув, пропустила нас внутрь.
— Ему нужна медицинская помощь, — сказал мальчик, указывая на Саске.
— Сейчас, — сказала она и побежала в другую комнату, туда же Синхель и понес брата. Я хотел было пойти за ним, но тут из-за двери показался парень моего возраста. Высокий статный шатен с короткой стрижкой и небольшими усиками, он подошел поближе и поприветствовал меня.
— Итачи Учиха? Приятно познакомиться, меня зовут Матсумото Такасаги. Синхель рассказал о вас с братом. Я знаю, что охотники ищут вас и алмаз Тору, но можете не волноваться, здесь вы в безопасности. Моя жена медик, она наверняка поможет вашему брату.
Я пожал ему руку и слегка улыбнулся.
— Спасибо вам. Я очень признателен за помощь.
Этот Матсумото напоминал мне чем-то Умино Ируку, который сидел со мной в штабе и проверял отчеты. Такой же простой, любезный и совершенно без синдрома собственной важности. Даже я, признаюсь, периодически болею таким делом. У него так же был шрам на лице, только не на переносице, как у Ируки, а возле левого глаза, начиная от виска и заканчивая возле уголка рта. Но это не портило его, а наоборот придавало ему мужественный вид героя легенд и сказок. Хотя он не показался мне сильным воином, но все же, некой симпатией я к нему проникся.
Парень уже более приветливо улыбнулся и позвал свою жену.
— Саюко! Чем мне накормить нашего гостя?
Это имя… Я уже где-то слышал его, но опять же, не помнил, где. У меня вообще плохая память на имена.
Девушка, перебегая из одной комнаты, в другую и неся бинты с баночками, бросила:
— Матсу, родной, у меня нет сейчас времени. Придумай сам что-нибудь.
С этими словами она скрылась в дверном проеме и захлопнула дверь. Матсумото с некой иронией посмотрел на меня.
— Вот так всегда, – сказал он, — но я, признаюсь, готовить не умею, так что…
— Я умею, — прервал я, понимая, что от него толку будет мало, — только покажите, где кухня.
— Пойдемте, — весело сказал тот, видимо радуясь, что готовить ему не придется.
Кухня была маленькая, казалось, что в такой крошке даже поместиться ничего не может, но хозяева умудрились обставить ее всем бытовым хламом и оставить еще места. Она была прямоугольная, рядом была дверь на улицу, видимо, на задний двор. Слева от меня, вдоль стены тянулись шкафчики, набитые чем только можно. Справа стоял стол, на котором была ваза с полевыми цветами. Именно их запах, смешиваясь с запахом сладостей и сахара, придавал этой кухоньке особый уют. Мой живот тут же начал бурчать, требуя пищи. Матсумото услышал эти возмущения и усмехнулся.
— Вы пока осмотритесь тут, а я отойду. Жена зовет.
С этими словами он удалился, а я прошел вперед, рассматривая картину, что висела на стене. В моей голове все время вертелся образ той девушки, и я пытался вспомнить, где уже видел ее глаза, но память никак не хотела выдавать мне нужные сведения. Я прошел немного вперед и открыл дверь. Как я и предполагал, она вела в задний дворик, который сейчас освещала луна. Посмотрев на нее, я вспомнил ту ночь… самую страшную ночь моей жизни…
Тогда было так же темно, а полная луна освещала проклятый квартал Учих. Я убивал, убивал всех и каждого, кто когда-то касался моей семьи. Я стоял в родительской комнате перед их трупами, постепенно погибал, вырывая из своей груди частички души.
Я убил их сам, чтобы их не убили другие. Тогда бы они не пощадили Саске, я был в этом уверен. Теперь вспоминая те дома, заброшенные временем, я не могу поверить, что когда-то сделал это и прошел все круги Ада, ради спасения Конохи. Теперь я уже не был героем, да и не хотел этого.
Все словно сгорело в дьявольском пожаре, оставив лишь пепел воспоминаний. Пожар…
И тут в моей голове словно что-то щелкнуло. Я не понял, почему и как, но моя рука сама потянулась к внутреннему карману куртки. Нащупав в нем помятый листок, я достал его и развернул. Это была старая фотография, которую я подобрал в деревне Сагаши, когда мы искали фантомов. С нее на меня смотрели большие изумрудные глаза, а на обратной стороне ее было написано «Любимая Саюко. Июнь. Семнадцатое»

Категория: Экшн | Добавил: Itachi_lover (25.08.2011)
Просмотров: 336 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Мини профиль

Понедельник
10.12.2018
03:45

[ Управление профилем ]

Часы

На форуме

Ghf

(2)

Друзья сайта

Наш баннер



код кнопки:

Наши друзья

Статистика


В деревне всего: 1
Странников: 1
Жителей: 0